NOUVELLE VAGUE — это игривый диалог Линклейтера с историей кино, работа, отражающая его многолетнее увлечение временем, молодостью и художественным бунтом. Вместо подражания фильм обращается к французской «новой волне» как к живому влиянию, пропуская её энергию через призму современных персонажей.
Свободное сообщество кинематографистов ищет вдохновение, романтику и деньги, одновременно споря о том, каким должно быть кино. Повествование дрейфует, напоминая «hangout-фильм», отдавая приоритет разговорам, движению и мимолётным связям. Линклейтер показывает творческую амбицию и как освобождение, и как ловушку. В результате возникает фильм о людях, пытающихся изобрести свою жизнь через искусство и полностью осознающих возможность неудачи. Его лёгкость несёт в себе тихую меланхолию, знакомую каждому, кто когда-либо гнался за мечтой.
Критики быстро сопоставляют картину с ранними размышлениями Линклейтера о времени и юности, читая её как позднее размышление о художественном выживании. Отсылки к Годару и Трюффо работают скорее как диалог, чем как оммаж, предполагая, что каждому поколению приходится заново формулировать одни и те же вопросы о свободе и форме. Приём фильма подтвердил статус Линклейтера как одного из немногих американских режиссёров, по-прежнему воспринимающих кино как живой процесс, а не как замкнутый стиль.